Это не метеорологические сводки, а атмосферные явления в мире моды. Ведь скоро грядет фестиваль “Золотое лекало”. И местным моделям действительно придется жарко. Не только от работы, но и в самом прямом смысле.
Модельеры салона моды “Мастер и Маргарита” Светлана Пилипчик и Елена Шиян готовят для показа очень теплую коллекцию. Из трикотажа машинной и ручной вязки и цветной каракульчи. Платья, костюмы, курточки и даже шуба для молодого человека воплощаются сегодня из дизайнерского эскиза в жизнь.
Показ на фестивальном подиуме для девушек - первый выход в свет. Совсем недавно они пришли в салон в качестве практиканток из технологического колледжа. Сегодня они выступают за честь ставшего родным предприятия, на котором уже получили заслуженно высокую оценку клиентов. Надеемся, что и аплодисменты широкой публики им обеспечены.
К медали “За спасение погибавших” представлены двое сотрудников пожарной части №3 Железнодорожного района Хабаровска. 22 января 2001 года начальник караула Дмитрий Борисов и командир отделения Игорь Калош вместе с пожарным расчетом выехали по вызову к месту пожара.
Деревянный дом на улице Океанской,13 был полностью объят пламенем. Тут же поступила информация, что в огне должны находиться два человека. Раздумывать было некогда - и пожарные вошли в полыхающее здание, в любую секунду готовое развалиться, как карточный домик. Среди сплошного дыма им все-таки удалось разыскать и вынести из огня двух мужчин. Один из них был без сознания, другой - с явными признаками отравления угарным газом. К приезду “скорой” пострадавших привели в чувство.
Отрадно, что за спасение человеческих жизней пожарных хоть как-то отблагодарят. Однако получат они свои медали еще не скоро: процедура награждения длится очень долго, и дай Бог, чтобы награды нашли героев к годовщине свершения благого дела.
Губернатор Хабаровского края Виктор Ишаев в ходе своего последнего визита в Москву лично встретился с Владимиром Путиным. Как рассказал глава администрации на пресс-конференции, посвященной итогам визита, в ходе встречи с президентом он обсуждал и вопрос о будущем Чеченской республики.
В частности, Виктор Ишаев высказал свое несогласие с тем, что и как делают федеральные органы власти в Чечне. По мнению губернатора, выхода из ситуации до сих пор не видно, а сама она наносит удар как по имиджу России, так и по инвестиционному климату в стране. Средства же на восстановление чеченской экономики уходят в никуда из экономики российской. Виктор Ишаев считает целесообразным провести на высшем государственном уровне встречу с пятьюдесятью-ста видными чеченскими предпринимателями, которые не участвуют в финансировании боевиков. И предложить именно им на льготных условиях финансировать восстановление и развитие чеченской экономики.
Заканчивается операция “Путина-2001”, которую проводят Дальневосточное управление по борьбе с организованной преступностью, Амуррыбвод и местные правоохранительные органы.
Несмотря на то, что лов на Амуре осетров и калуг запрещен (кроме контрольного - для научных целей), и эти рыбы занесены в Красную книгу, с наступлением нереста на Нижнем Амуре начинается браконьерский беспредел. Жители приамурских сел ловят осетров сетями и сдают перекупщикам, а дальше начинается путь черной икры к покупателю - либо на отечественные рынки, либо в Китай, Корею, Японию. Точнее, два пути - водный и сухопутный.
На теплоходе “Метеор-122” оперативники обнаружили 176 кг осетров в мешках. А самый большой “улов” ожидал их во время проверок на дорогах. В “КамАЗе”, остановленном на трассе Комсомольск-Николаевск, перевозилось 212 кг осетровой икры, упакованной в банки заводского изготовления. Причем, как следовало из этикеток, икра была расфасована очень далеко от Николаевска, например, в рыбколхозе “Труженики моря”. А “Труженики…” эти трудятся в городе Темрюк Краснодарского края. И поди докажи, что в кубанских банках - наша амурская икра!
Браконьерское дело поставлено, в смысле липовых документов, на широкую ногу. Игра стоит свеч - японские рестораны, скажем, платят 500 долларов за килограмм икры.
Мошенники играли по-крупному, а прокололись на мелочи
В последние годы в новых народных сказках появился еще один страшный персонаж наряду с бандюками, киллерами и прочими мафейниками - риэлтеры-кидалы. Какая-то небольшая криминальная прослоечка профессиональных квартирных аферистов нагнала на людей жуткого страху. То и дело всплывают истории о потравленных риэлтерами бичах, о выселенных из квартир на помойку бабушках, о пущенных по миру семьях… Иногда на риэлтеров даже заводятся уголовные дела. Правда без толку - они сыплются еще на стадии дознания, а уж до суда не доходят и вовсе. Все потому, что законодательство по недвижимости представляет собой сплошное белое пятно. Или черную дыру - как вам будет угодно. Опытному риэлтеру на самом деле ничего не стоит “отработать” квартиру у какой-нибудь старушки. Дело техники. Однако кое-кто все же попадается. Как это случилось на днях - отдел по расследованию экономических преступлений против собственности УВД края отправил в суд дело двух молодых людей, один из которых был опытным риэлтером. Их обвиняют в тяжком мошенничестве.
Через руки сотрудников краевого учреждения юстиции проходят тысячи сделок с недвижимостью. У них уже выработался некий профессиональный нюх на квартирные аферы. Если интуитивные сомнения подкрепляются материально, например, неточностями в бумагах, регистратор сообщает о своих подозрениях куда следует. Правоохранительные органы берут дело на контроль, проводят проверку и могут даже возбудить дело. В подавляющем большинстве случаев оно до суда не доходит. В этот раз получилось по-другому.
Все началось с того, что двое молодых людей (мы назовем их Дима и Дима-дубль 2) пытались приобрести право на квартиру в одном из домов по улице Волочаевской. Там до недавнего времени якобы проживала бабушка Котлярова. Все документы у парней были на руках - ордер на квартиру, справка о выписке бабушки, генеральная доверенность, акт о приватизации. Дима сплел слезливую историю о том, что он-де родственник Котляровой, что старушку на семейном совете решили забрать к своим в город Семилуки в Воронежской области, что бабушку уже вывезли (вот доверенность за ее подписью), что квартиру надо срочно продать. Тем не менее, юстиция подвергла сомнению эту самую гендоверенность. Все в ней было с виду нормально - печать, текст, форма, подпись. Все, кроме одного - бабушка не умела писать.
Бабушку Котлярову переселили в уютную квартирку на Волочаевской после того, как ее родной барак рухнул от старости. Близких людей у старушки не было - единственная дочь погибла несколько лет назад где-то в средней полосе, а последний родственник пропал без вести в Приморье. Полуголодная жизнь и несчастья почти доконали пожилую женщину - ее с малым промежутком по очереди хватило два инсульта. Котлярова слегла, и похоже, что навсегда. У нее едва хватало сил раз в день доплестись до кухни поесть. Иногда заходила соседка покормить бабушкину кошечку и немного прибрать в квартире. У Котляровой практически отказали руки - она не могла расписываться, не то что писать. Раз в месяц ей приносили пенсию, но органы социальной поддержки Индустриального района о ней ровным счетом ничего не знали. Им просто некому было сообщить про умирающую старушку. Плюс ко всему у нее начались проблемы с памятью - она прекрасно помнила свою молодость, но напрочь забывала, что было вчера. Ко всем этим бедствиям присоединилось и еще одно. Бабушкину квартиру, никогда не запиравшуюся и вечно открытую, облюбовали местные наркоманы и алкаши. Они устраивали шумные попойки, ночевали там, кололись и приводили своих корешей. Котлярова ничего не могла им возразить - ее хватало только на слабый шепот.
Вот про эту-то квартирку и прознали два наших Димы. Они стали время от времени наезжать туда. Компашки они не разгоняли и бабушку не содержали - зачем? Они потихоньку собирали документы на хату. Один раз даже вывезли Котлярову к нотариусу. Последняя прямо в машине оформила бабушкино заявление на приватизацию хаты. На следствии Котлярова призналась, что смутно помнит как ей что-то говорила какая-то женщина. Но что именно - как отрезало. Тем не менее, местами выпадающая из реальности бабушка заявление подписала. Точнее, накарябала несколько кривых линий - последствия инсультов лишили ее почерка.
У Дим не хватало теперь только генеральной доверенности на продажу квартиры. Они обращались к нотариусам, но везде получали отказ - юристы не хотели связываться с сомнительной сделкой и ставить под удар свою репутацию. Дима-дубль 2 в то время работал в солидной риэлтерской конторе и, по словам его боссов, являлся совсем не плохим и даже перспективным продавцом недвижимости. Он прекрасно знал квартирный рынок Хабаровска, ориентировался в ценах, у него была масса знакомых в госучреждениях и юридических фирмах. Наконец - он от и до изучил все возможные схемы отчуждения собственности. Его подельник Дима совсем чужим человеком ему не являлся. Ведь Дима состоял в гражданском браке с родной сестрой Димы-дубль 2 и успел с ней произвести на свет ребенка. Однако мозговым центром Дима первый не был. Его, бывшего торговца подержанными тачками и паленой водкой, хватало только на исполнительство. И вот что они придумали.
Доверенность на продажу бабушкиной квартиры была как бы выдана в городе Семилуки Воронежской области. Заверен документ был реальным нотариусом. Там же стояло указание, что Котлярова уехала в Семилуки и прописалась там по такому-то адресу. На доверенности четким почерком красовалось согласие старушки продать “ненужную” ей хабаровскую квартиру. Ребятушки прокололись на мелочи. Дело в том, что на некоторых других, более ранних документах, подпись Котляровой представляла собой неразборчивый иероглиф. В то время, как на доверенности ее кто-то вывел почти каллиграфическим почерком. Началась проверка, а потом и следствие.
Следователь установил, что в городе Семилуки действительно действовал нотариус с указанным на доверенности именем и фамилией. Только он умер два года назад. Дом, в котором якобы прописалась Котлярова, тоже существует. Только он наполовину недостроен. Сама Котлярова никуда не выезжала, а продолжает обитать в своей квартирке на Волочаевской. Впрочем, уже не в своей - Димы ее оттуда выписали. К тому времени она уже стала догадываться, что ее, видимо, как-то хотят обмануть. От нервных переживаний у нее совсем отказали руки и ноги. Она, не имея возможности вообще подняться с кровати, часто голодала по нескольку суток.
Сделку по продаже квартиры предотвратили в последний момент. Диму-дубль 2 поспешно уволили из риэлтерской фирмы. Чтобы не позорил честное звание квартирных посредников. Бабушку Котлярову вновь прописали в ее хату. Ее поставили на учет в органы соцзащиты и назначили куратора. Теперь ее регулярно осматривает врач. Говорят, она уже стала ходить и вообще пошла на поправку. Местный участковый получил задание разогнать шарашкину контору из бичей и наркоманов, засевших в старушкиной квартире. Что он и исполнил в точности. Оба Димы дали весьма путаные и несогласованные показания, пытались перевести все стрелки на какое-то полумифическое лицо кавказской национальности, но все-таки из разряда свидетелей перешли в разряд обвиняемых.
Я спросил у следователя Андрея Откидача, что было бы с бабушкой, доведи Димы дело до конца.
- Обычно у жертв квартирных кидал три пути, - ответил следователь. - В первом, самом лучшем случае, их прописывают где-нибудь на окраине в обвальном фонде. Второй вариант похуже - бабушка могла оказаться просто на улице, превратилась бы в бомжа. Это медленная и верная смерть. Бывает и третий путь - кинутые просто исчезают. Куда они уходят, никто не знает. Не хотел бы делать никаких прогнозов. Для Котляровой все закончилось более-менее хорошо. Это первое в крае дело, которое дошло до суда.
