Есть такой писатель Андрей Яхонтов, коллекционер жизни, как он сам себя называет. И вот вам одна маленькая картинка из его коллекции. Мне очень понравилась.
Стало быть, лето, жара, подмосковный дачный поселок, убогие домишки, потные тетеньки на своих шести сотках раком стоят, а по соседству - роскошные особняки за высокими заборами.
По улице, меж тем, опираясь на палочку, бредет старенькая старушка, божий одуванчик - в руке авоська с хлебушком и кефирчиком. Поравнялась с чьей-то виллой. Из-под ажурной решетки высунул на улицу нос здоровенный кобель-охранник. На бабушку никак не реагирует. Ему на нее начхать. Ему тоже, бедняге, жарко - тяжело дышит, язык свесил… Вдруг старушка-одуванчик без объявления войны поднимает свою клюку - и хрясь собаке по носу! А потом, забыв про хромоту и про палочку, быстро-быстро улепетывает.
“Вот она, неистребимая пролетарская ненависть!” - заключает писатель. Да уж.
Я знаю, половина читателей горячо поддержит старушку. Возможно, ни в чем не повинную собаку исподтишка безнаказанно лупить и не станут, но посмотрят злобно и пожелают - чтоб ты сдохла. А дом - чтоб сгорел.
Утешает меня другая половина соотечественников (хотя, может быть, я заблуждаюсь, и никакая не половина, а ничтожный процент: ноль-ноль целых, ноль две десятых, но слава богу, что такие люди все же есть), которые, бредя на свои жалкие шесть соток, посмотрят на изнывающего от жары пса и улыбнутся - что, мол, тяжела, брат, караульная служба? А виллу оценят отвлеченно - красивый дом. Пусть таких дач будет побольше - для эстетики. Приятно же посмотреть?
Еще один сюжет примерно на ту же тему - подруга недавно рассказала. Идет она, стало быть, со своим другом по городу, и вдруг оба одновременно восклицают. Она: “Какая прелесть!”, а он: “Какая мерзость!”
Он увидел слева разрытую канаву и гору строительного мусора, а она справа - очаровательный, почти японский садик с камнями, газончиком, цветами и женщиной, которая мирно эти цветы поливала. Дальше они поссорились, потому что не смогли убедить друг друга, кто из них прав.
“Нет, ну почему непременно нужно фиксировать внимание на плохом, когда буквально рядом, на другой стороне улицы, есть хорошее?” - спрашивала подруга. Я ее понимаю. А его - нет. Ну, подумаешь, мусор - как будто мы мало в своей жизни всякой дряни видели - одной канавой больше, одной меньше… А японский садик - зрелище редкостное. Можно и постоять, и полюбоваться.
Или я неправа?
Или мы с ней такие две неисправимые дуры-оптимистки - последние в роде человеческом? Надеюсь, что все-таки нет.
И надеюсь, что мы с ней никогда не станем отвратительными злобными старушонками, которые бьют чужих собак и плюют ядовитой слюной в богато одетых красивых женщин. А также на стоящие под балконом машины.
Мы даже поговорили об этом.
Ведь настанет день, когда и мы будем ходить с палочками, научимся жить на одну пенсию, забудем про шашлыки из осетрины и прочие излишества, но кто же нам будет виноват, если мы начнем всех ненавидеть и осуждать, и других тем для разговоров у нас не найдется - только о том, что вот раньше, мол, ого-го как было хорошо, а сейчас все плохо, дорого, зятья и невестки - сволочи, дети - гады, внуки - хамы и эгоисты…
Абсолютно никто - кроме нас самих.
Потому что может уйти здоровье, растаять какой-никакой достаток, могут не сложиться отношения со взрослыми детьми, и соседи - не исключено - окажутся в самом деле не фонтан. Все может быть.
Но ведь природа останется - солнышко все равно каждое утро будет вставать, цветы на клумбах не увянут, и птицы по утрам не перестанут петь, и книги с полок никуда не денутся, и филармония не закроется, и маленькие детишки будут возиться в песочницах и щебетать под окнами…
Не смотрите, пожалуйста, налево! На черта вам нужны грязные разрытые канавы?
