А Влад из печально знаменитого Млечника выбрал третий путь - он бежал из части
Влад сбежал из Млечника в прошлую среду. Несколько дней он шатался по окрестным дачам. Питался подножным кормом, ночевал в лесу. Он вконец отощал - едва держался на ногах, порвал всю одежду, несколько раз падал в голодные обмороки, уже подумывал, не наложить ли на себя руки. Но в часть не возвращался.
По чистой случайности он оказался в редакции “МК” в Хабаровске” и рассказал свою историю.
Влада призвали в декабре прошлого года в Тюмени. Про армию он слышал много чего страшного, но понимал, что идти служить все равно придется. После одиннадцатого класса он никуда не поступил - в нефтяной столице страны цены за обучение в вузе гораздо выше, чем где бы то ни было. Работал на стройке, помогал матери с сестрой. Потом - призыв, учебка в Воронежской области и, наконец, Млечник под Хабаровском.
В крае, наверное, не сыскать больше части, которая бы пользовалась такой дурной репутацией. То здесь вспыхнет туберкулез, и об этом молчат, пока солдат в срочном порядке не начнут госпитализировать, то в госпиталь поступают штабелями бойцы с острой кахексией от голода, то странные самоубийства и не менее странные убийства.
Но основным бичом Млечника всегда была дедовщина. От этих пресловутых неуставных отношений солдаты бегут пачками. Например, из роты Влада на данный момент находится в бегах еще двое. Всего же за последние полгода самовольно оставило часть несколько десятков человек.
Достоверных данных нет и быть не может - уже не один год млечниковские командиры нередко пытаются скрыть информацию о происшествиях внутри части. Так, к примеру, было во время последней крупной вспышки туберкулеза - пацанов держали без медикаментов до последнего. Наверное, думали, что само рассосется. В результате - троим ампутировали по одному легкому с туберкулезными кавернами в последней стадии распада.
Влад убежал после того, как неосторожно попался на глаза группе чем-то озабоченных “дедов”. Озабочены они были тем, что давно никого не “отоваривали”. Влада били жестоко и долго. Поначалу он пытался защищаться, да куда там… Потом бросили в кусты и напоследок сказали, что у него есть два варианта. Первый - подлечить раны и ждать, пока у них снова не зачешутся кулаки. Второй - пойти и пожаловаться. В последнем случае Влад как бы автоматически переходит в разряд стукачей и тогда за его жизнь никто не даст уже ни гроша. Влад предпочел третий вариант - бежать.
На Дальнем Востоке он очутился впервые в жизни, родственники, знакомые, друзья остались за тысячи километров отсюда. В Хабаровске он ни разу не был, и даже не предполагал, в какой стороне он находится. В лесу Влад пытался просто выжить и о завтрашнем дне не думал. Он признался, что сознает, какой проступок совершил и какое наказание может понести. Но для него это уже не важно - лишь бы не обратно в этот ад.
Избиения в части, утверждает Влад, - дело обычное. Неуставная иерархия “запах-дух-фазан-дед-дембель” соблюдается здесь очень строго, можно сказать, классически. Держится она на самом обычном насилии младшего над старшим. Офицеры об этом, конечно, знают. Наивно было бы думать, что “дедовщина” процветает без их попустительства. Однако никаких действий по пресечению этого порока солдаты не видят. Поэтому и бегут.
С момента побега Влада прошла почти неделя. Почему же его никто толком не искал? Ведь солдат находился не далее, чем в километре от части. Он просто не знал, куда идти. Его видели несколько людей - обычный опрос народа в этом достаточно густонаселенном районе позволил бы поймать его через пару часов. Может быть, тому виной большое количество бегунцов - ловить их всех элементарно не хватает рук.
А может, дело в другом. Недавно, по словам Влада, в Млечнике произошло серьезное ЧП - один солдат застрелил другого. Якобы караульный на вышке, спросонья увидев три идущие по плацу фигуры, без предупредительного выстрела открыл из автомата огонь на поражение. Один человек убит. Это был солдат, который шел заступать на пост. Возможно, это вызвало настолько большой переполох, что про очередного бегунца просто забыли?..
